Шофер замер. Озадаченный, он снова сосредоточился на разбухшей от дождя дороге. Эллери, облегченно вздохнув, прикрыл глаза. Однако Милан, видимо, отличался завидной настойчивостью. Не прошло и минуты, как он многозначительно ухмыльнулся:

– Сегодня вечером у Оуэнов много хлопот. Хозяин Джонатан, знаете ли…

– А? – вздрогнул Эллери. – Хозяин Джонатан?

Эллери припомнил хмурого проказника лет семи-десяти, обладавшего дьявольской способностью выводить взрослых из равновесия. Хозяин Джонатан… Он и забыл про это чудовище. Эллери передернулся от нехорошего предчувствия.

– Да, сэр, завтра день рождения Джонатана. Кажется, девять лет исполняется. На сей раз хозяин и хозяйка приготовили нечто необычное, – Милан загадочно ухмыльнулся. – Вы уж поверьте, будет нечто действительно из ряда вон… необычное. Но мы это держим в секрете. Малыш еще ничего не знает. Вот будет рад!

– Не сомневаюсь в этом, Милан, – пробормотал Эллери и погрузился в сумрачное безмолвие, из которого его больше не смогла вывести несносная болтовня шофера.

"Классный" домик Ричарда Оуэна оказался огромной, бестолковой постройкой с множеством фронтонов и других архитектурных излишеств: раскрашенных камней и ярких ставен. Помещался он поодаль от петляющей дороги, по сторонам которой стояли статные деревья.

Дом сиял огнями, парадная дверь была распахнута.

– Ну вот и приехали, сэр! – бодро воскликнул Милан и, выскочив из машины, широко распахнул дверцу. – Скорее на крыльцо, сэр, чтоб не промокнуть!

Эллери выбрался из машины и с покорной торопливостью взбежал на крыльцо. Милан подхватил его саквояж и гулко затопал по ступенькам.

– Двери настежь, все понятно! Не иначе, идет представление.

– Представление? – выдохнул Эллери, ощутив приступ тошноты.

– Входите, входите, мистер Куин. Сейчас я позову мистера Оуэна. Они, понимаете, репетируют. Так поздно, потому что пришлось ждать, пока уснет Джонатан, при нем же нельзя. Но он, кажется, уже и так кое-что заподозрил.